Finance-union.ru

Деньги и власть
1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Рынок драгоценных камней

masterok

Мастерок.жж.рф

Хочу все знать

Город Чантабури в Таиланде (не путать с Канчабури) – главный оптовый рынок драгоценных камней Азии. Основная специализация – сапфиры и рубины. Но есть всё. Это – улица «чёрных дилеров», клеёнчатые сумки на плечах всех этих людей набиты драгоценными камнями. Останавливай любого.

Здесь всё под контролем тайских якудза (или «-дз», не знаю). Съёмка не приветствуется.

Так, посмотрим… Топазы и гранаты. Число справа – суммарный вес лота в каратах, число слева – цена (в тайских батах, можно считать, что в рублях, 1 бат примерно равен 1 рублю).

Это прасиолиты – прозрачные камни жёлто-зеленоватого цвета. До Чантабури о прасиолитах я даже и не слышал.

Голубые топазы (фото) и цитрины в Чантабури. Только не хватайте сразу, посмотрите сперва.

И такого здесь – от горизонта до горизонта.

Основные оптовые купцы (скупщики драгоценных камней) в Чантабури – с Ближнего Востока. Местный продавец, отстояв очередь к такому закупщику, вытаскивает из кармана газетный кулёк и высыпает из него такую горку, скажем, гранатов. А закупщик в это время ест. Он неспеша подцепляет вилкой лапшу и отправляет её в рот, а другой рукой пошевелит эту горку камней, погладит и, почти не смотря на них, кивнёт продавцу: «Беру». Или: «Не беру, следующий!» И уже следующий лезет в сумку за своим кульком.

Фотосъёмка на чёрном рынке драгоценных камней сколь затруднена, столь и прельстительна.

Ну, это аметисты. На выбор. То есть ройся сколько душа пожелает.

А это – сапфиры. Но не местные, и не камбоджийские (которые обычно зелёные) и даже не цейлонские (от голубого то тёмно-синего), а танзанийские. Известно, что Чантабури – главный рынок драгоценных камней Азии. Выходит, что не только.

Есть и такая форма продажи – сам найди себе камень. В лотке насыпаны самые разные камни, все в одну цену (скажем, пять долларов). Копайся, выбирай. Может именно тебе повезёт и ты найдёшь бриллиант чистой воды в два карата. Вот нам, например, повезло на чистейший хромдиопсид в полтора карата.

Вообще говоря, здесь хочется взять всё.

Вторая удача: розовый турмалин, и неплохой. Берём

Но самое интересное на чёрном рынке в Чантабури, где идёт продажа драгоценных камней, это не рытьё на развалах, а работа с людьми. Сейчас мы концентрируемся на сапфирах (местных, цейлонские не берём). Камни осматриваются, отвергаются, роняются в полную грязи сточную канаву что под ногами (буквально), достаются из неё, осматриваются снова, одобряются, либо повторно бракуются, называется цена, называется встречная цена (раз в десять ниже стартовой), называется взвешенная цена и т.п. Живое дело. Единственное – нужны приборы. Хотя бы 30-кратная лупа.

То, что вверху – это подделка, синтетические тайваньские голубые сапфиры. Это ясно и без всяких приборов, достаточно вооружиться одним лишь здравым смыслом. Беда в том, что дело это азартное, и здравый смысл здесь на каком-то этапе отказывает. И всё-таки, найдите в такую минуту в себе силы, остановитесь и спросите себя – а бывают ли вообще на свете сапфиры размером со страусиное яйцо и стоимостью 100 (скажем) долларов? Говорите, что каждому человеку выпадает в жизни один-единственный шанс и его нельзя упустить? Хорошо, делайте что хотите. Мы сделали, что могли.

Блестящее падение

Почему богачи перестали покупать бриллианты, а драгоценности стремительно дешевеют

Мировой рынок алмазов ушел в пике — лидеры отрасли друг за другом отчитываются о снижении прибыли, в то время как близкий к отрасли рынок золота возвращает утраченные позиции. Причина проста — рынок завален небольшими и дешевыми алмазами. Избыток сырья потянул за собой даже уникальные камни, которые также начали дешеветь. Кризис перепроизводства серьезно ударил по всей индустрии — компании вынуждены пересматривать собственные стратегии, подстраиваться под рынок и закрывать целые рудники. Типичные проблемы для уникальной отрасли — в материале «Ленты.ру».

Поманило на дно

Лидеры алмазной индустрии один за одним отчитываются о снижении прибыли и объемов продаж. Продажи южноафриканской компании De Beers по итогам полугода рухнули на 500 миллионов долларов, а средняя цена за карат упала на 7 процентов. Перепроизводство уже внесло серьезные коррективы в работу мирового гиганта — компания намерена снизить производство, дабы сократить присутствие камней на рынке.

По итогам 2018 года компания продала в общей сложности 35 миллионов каратов, за половину 2019 года — всего лишь 15,6 миллиона, а цель на текущий год — 31 миллион каратов. В компании признают, что проблема в переизбытке алмазов на рынке, высоких остатках непроданных бриллиантов, а также торговой войне, которая создает риски неопределенности в экономике и не дает возможности богачам лишний раз раскошелиться на люксовые подарки.

Еще хуже дела у российской госмонополии «Алроса», продажи которой по итогам второго квартала упали на 22 процента. Невзирая на текущий кризис перепроизводства глава госкомпании Сергей Иванов-младший (сын бывшего главы администрации президента Сергея Иванова) мыслит десятилеткой — по его мнению, в ближайшие 7-10 лет нас ждет дефицит алмазов и, как следствие, дефицит бриллиантов.

Нелегальный торговец алмазами выставляет камни на продажу в Зимбабве

Фото: Goran Tomasevic / Reuters

«В течение семи лет рынок потеряет около 15 миллионов каратов алмазов, то есть более 10 процентов», — сказал он. Иванов связывает это с истощением действующих месторождений, а также сложностями с разработкой новых. Не прошел Иванов и мимо торговой войны, в которой он также видит риски снижения спроса на бриллианты. Вносить серьезные коррективы в работу компании не придется, так как крупнейший рудник «Алросы» — «Мир» — не работает в связи с трагическим затоплением в 2017 году, а компания во многом опирается на запасы, подбрасывая на рынок уникальные камни.

Падение прибыли зафиксировали и в австралийско-британском концерне Rio Tinto Group. Чистая прибыль компании в первом полугодии упала на 6 процентов — до 4,13 миллиарда долларов. Причина падения аналогичная — низкие цены на сырье и камни. Некоторые партнеры компании даже приостановили закупку сырья, ожидая, что цены на первичное сырье продолжат падение. Компания уже объявила о внесении значительных корректив в свою работу, главное из которых — закрытие крупнейшего в мире алмазного рудника Argyle в западной Австралии.

Ботсванский клуб покупателей

Избыток камней уже ударил по производству сырья, только по итогам первого полугодия 2019 года добыча алмазов упала на 4 процента. Закрытие крупнейшего рудника в мире однозначно увеличит объемы сокращения производства, да и конкуренты Rio Tinto не будут стоять в стороне, пытаясь нарастить эффективность.

De Beers, например, уже идет на уступки своим партнерам, причем настолько, что параллельно умудрилась развалить вековой «алмазный синдикат» крупнейших ювелирных домов, среди которых Signet Jewelers, Graff и Tiffany & Co. Долгосрочные контракты между компаниями предполагали, что De Beers продает им свои камни чуть ниже рыночной стоимости, делая таким образом этот картель выгодным для всех. Закрытые аукционы среди приближенных компаний проводились в Ботсване.

Фото: Carla Gottgens / Bloomberg via Getty Images

Однако обвал цен на алмазы привел к тому, что De Beers больше не смогла удерживать партнеров привлекательными ценами, наоборот, мировой алмазный гигант предлагал ювелирным домам камни по завышенным ценам. Это логично разозлило старых партнеров, и синдикат, который проводил закрытые торги камнями с 1890 года, просто развалился — рынок победил.

Читать еще:  Что такое неэмиссионные ценные бумаги

Уникальные среди избранных

Стоимость каждого алмаза зависит от его уникальности. Самые распространенные камни имеют белый и желтоватый оттенки, они же считаются и самыми доступными в плане цены, если в них нет ничего уникального. Самыми редкими и, соответственно, дорогими считаются камни красного, синего, зеленого и фиолетового оттенков. Под «особенностями» могут пониматься различные вкрапления в камень, которые сами по себе уникальны, а также наличие определенных свойств, таких как насыщенность цвета и флуоресцентность и, конечно, каратность. Для бриллиантов к этим характеристикам добавляется сложность огранки.

Флуоресценция бриллианта — это видимое свечение, проявляющееся под влиянием облучения ультрафиолетом. В некоторых случаях она может наблюдаться даже под лучами дневного света.

Один карат приравнивается к 0,2 грамма. Применяется в ювелирном деле для выражения массы драгоценных камней.

Уникальные камни компании зачастую придерживают, чтобы создать искусственный ажиотаж и, как следствие, продать подороже. Многие фирмы даже ведут тайные переговоры и договариваются о том, когда проводить аукционы своих камней, чтобы получить максимальную выгоду. Однако подобные меры хорошо работают с реально уникальными камнями, в то время как основное производство — это небольшие алмазы. Самый мелкий сегмент (до 0,3 карата), согласно данным одной из крупнейших торговых площадок RapNet, только за последние полгода рухнул в цене на 12 процентов, а если сравнивать с аналогичным показателем на июль 2018 года, то падение составило и вовсе 20 процентов.

Причем мелкие камни тянут за собой и крупные. Наглядно это стало видно по итогам майских торгов аукционных домов Sotheby’s и Christie’s в Женеве. Бриллиант весом 12,5 карата удалось продать всего за 68 тысяч долларов за карат, что оказалось почти на треть (27,5 процента) ниже ожидаемой цены. Один из брокеров на условиях анонимности рассказал, что некоторые покупатели не торопятся заключать сделки, ожидая дальнейшего падения цен.

Свободное падение

Переизбыток сырья, который называют причиной падения цен на алмазы и бриллианты, не до конца отражает реальное положение дел — есть еще несколько причин, почему рынок крупных алмазов сейчас находится в свободном падении. Развитие технологий позволяет компаниям находить крупные алмазы гораздо чаще, чем раньше, — они перестают быть редкими, что и делало их нереально дорогими.

Фото: Александр Уткин / РИА Новости

Еще одна причина — изменение структуры потребления состоятельных граждан. Во-первых, у бриллиантов сильные конкуренты в люксовом сегменте — от сумочек до спорткаров и яхт. Во-вторых, сами состоятельные люди уже не стремятся подчеркивать собственную успешность подобными показными атрибутами. Наконец, кризис 2008 года многих научил быть менее расточительными, а в условиях экономической неопределенности люди не планируют делать столь дорогих трат — отсюда и падение спроса.

«Единственные американцы, кто демонстрирует дорогие вещи, — это рэперы или звезды телешоу, а состоятельные люди им подражать не хотят. Обеспеченные люди отказываются выставлять свое состояние напоказ», — отмечает Элизабет Остин из Diamond Runway, которая выступает посредником между продавцами бриллиантов и покупателями. Из-за возникшей в обществе неопределенности у поставщиков на руках остается много камней.

Спасательный круг

Поддержать цены и сократить предложение на рынке должны как раз такие меры, как закрытие Argyle, — аналитики уверены, что это поддержит рынок. Помимо массы малозаметных коричневых и желтых алмазов, этот рудник известен редкими розовыми камнями, именно на Argyle добывается 90 процентов розово-пурпурных камней, представленных на рынке.

Например, в 2017 году бриллиант, вырезанный из необработанного алмаза этой категории, – Pink Star — был продан за рекордные 71,2 миллиона долларов, эксперты признали его самым дорогим драгоценным камнем, когда-либо проданным на аукционе в Азии.

Бриллиант Pink Star продан за рекордные 71,2 миллиона долларов

Фото: Tyrone Siu / Reuters

В 2018-м был установлен мировой рекорд по цене за карат для розовых бриллиантов: камень Pink Legacy продали за 50 миллионов долларов (средняя цена за карат составила порядка 2,6 миллиона долларов). Предыдущий ценовой рекорд на розовые бриллианты был поставлен в ноябре 2017 года на аукционе в Гонконге. Тогда гораздо меньший камень в 8,41 карата был продан почти за 18 миллионов долларов.

Rio Tinto не будет закрывать рудник навсегда, наоборот, из него планируют выкачать все, но позже. На текущий момент его запасы оцениваются в 150 крупных камней, которые можно выгодно продать. Как и в «Алроса», в Rio Tinto не видят больших проблем, гендиректор компании Арно Суара настаивает, что за последние 20 лет уникальные розовые камни выросли в цене на 500 процентов и продолжают расти. Тем не менее на Argyle приходится и значительная доля тех самых небольших, невостребованных рынком алмазов, стоимость которых не превышает 25 долларов за карат.

Действия крупных игроков на рынке алмазов напоминают меры по сокращению добычи нефти, на которые вынуждены были пойти члены Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Напуганные обвалом мировых цен на нефть, они пошли на беспрецедентные меры по сокращению производства, что помогает удерживать цены от обвала уже несколько лет. Причем союз был настолько беспрецедентным, что к нему присоединились даже страны, которые никогда не входили в ОПЕК, например, Россия. Тем не менее члены соглашения уже теряют свою долю рынка во многом благодаря наращиванию мощностей странами, которые не брали на себя никаких обязательств, в первую очередь США. Рынок алмазов может постигнуть примерно та же участь.

Скрытая угроза

Избыток алмазов бьет не только по добытчикам и продавцам, но и по огранщикам. Более 90 процентов рынка огранки приходится на Индию, из-за перепроизводства мелких алмазов маржа местных мастеров огранки резко упала. В итоге многие мануфактуры и заводы просто отказались принимать мелкие камни, сократив рабочее время сотрудников, — обработка подобных камней рухнула на 50 процентов. В общей сложности индийские мастера проигнорировали сырья примерно на 4,3 миллиона долларов.

Рынок драгоценных камней под угрозой

YKTIMES.RU – Объем производства синтетических алмазов ювелирного качества к 2035 году будет сопоставим с объемами добываемых природных алмазов. В последние годы производство синтетических алмазов ювелирного качества во всем мире развивается стремительными темпами, рост составляет 30% в год. Озабоченность участников ювелирного рынка вызывают риски, связанные с подменой природных алмазов камнями, выращенными в промышленных условиях, рассказал во время своего визита в Казахстан региональный директор ООО «Алмазный НТЦ» Андрей Ворошилов.

По его словам, объем производства синтетических алмазов ювелирного качества к 2035 году будет сопоставим с объемами добываемых природных алмазов. Андрей Ворошилов рассказал, почему Казахстан в числе первых стран окажется на пути экспортеров контрафактных алмазов, сообщает kapital.kz.

– Андрей, расскажите о нюансах инвестирования в драгоценные камни.

– Рынок природных алмазов находится под угрозой из-за того, что очень бурно развиваются технологии производства синтетических камней. Разведанных запасов алмазов на всей планете осталось на 25-30 лет. Соответственно, инвестиции в природные камни могут быть очень хорошим инструментом приумножить свои накопления. Уже при нашей с вами жизнимы увидим момент, когда в земле закончатся натуральные алмазы и в ювелирном деле будут использоваться только синтетические.

Читать еще:  Игра на бирже обучение

Особенно актуально инвестировать в природные алмазы, если вы рассматриваете вариант передать их по наследству.

Наиболее эффективно инвестировать в бриллианты размером в один карат. Конечно, можно в камни большего или меньшего размера, но они будут стоить дороже. Кроме того, их будет сложнее реализовать, придется искать людей, которые готовы выложить $20 тыс. за камень. Однокаратный бриллиант доступнее для покупки, его может себе позволить любой человек, имеющий стабильную работу.

– Столько сейчас стоит натуральный однокаратный бриллиант?

– Он стоит где-то $10 тыс. Есть несколько важных критериев оценки драгоценных камней. Во-первых, это цвет (в диапазонt от D до J). Во-вторых, прозрачность(VVS), это значит, что камень не имеет каких-то природных изъянов. В-третьих, качество огранки. Я сейчас говорю о традиционной огранке Кр-57. И это число граней выбрано не случайно, оно связано с кристаллической решеткой камня, которая дает самую лучшую игру света, больше или меньше граней уже хуже.

– А в чем проблема синтетических бриллиантов? Если скоро не останется натуральных, мы в любом случае будем вынуждены иметь дело с синтетическими.

– Да, конечно. Важно только одно – в паспорте изделия нужно писать, что оно имеет синтетический камень, а не природный.

– А что от этого изменится?

– Цена для покупателя. Сейчас он покупает украшения с выращенным камнем по цене природного, который должен стоить в три раза дешевле.

– То есть это вопрос честности, которая влияет на ценообразование?

– Конечно. Нужно всего лишь указывать природу происхождения.

– Вы не против производства синтетических камней?

– Нет. Нельзя допускать недобросовестного подмеса камня в изделие.

– Вы сказали, что в технологии производства синтетических бриллиантов вкладывают большие деньги.

– В прошлом году только Китай инвестировал $1,5 млрд. Это были инвестиции в создание новых и модернизацию старых мощностей по производству синтетических алмазов ювелирного качества.

– Может быть, как раз такие инвестиции и объясняют то, что цена на выращенный алмаз, как на натуральный?

– Не думаю. Технология сама по себе малозатратна и норма прибыли на производстве очень высока.

– Сколько процентов?

– Разница между себестоимостью синтетического бриллианта и его рыночной ценой может составлять 500%. Производители синтетических алмазов зарабатывают очень хорошо и при этом пытаются продавать их всего лишь на 20-30% дешевле природных, при том что себестоимость натуральных алмазов складывается совсем по-другому.

– Синтетические бриллианты нынешнего поколения хорошего качества?

– Хорошего. Порой они имеют даже большую высокую прочность, чем натуральные. Но это камни «без лица», каждый природный камень подобен отпечатку пальца – неповторим, а синтетические все одинаковые.

– Наверное, это имеет значение для специалистов, а для женщин, которые просто хотят красивое украшение, это не важно?

– Красиво будет, а индивидуальной игры света нет.

– Вы говорили, что поскольку Китай видит перспективное экономическое направление в производстве синтетических камней, то первыми рынками, куда их начнут поставлять, будут Казахстан и Россия. И это будет контрафактный товар, потому что их сертифицируют, как натуральные.

– Из всего мирового объема производства сертифицируется только 30%. Я думаю, что в Китае и этого нет. Очень велика вероятность того, что эти камни повезут на ваш и наш рынки.

– Ваш центр создал прибор, который помогает идентифицировать: натуральный камень или нет. Для кого он создан?

– Для ювелирных мастерских, геммологических лабораторий и центров, пробирных палат, ломбардов.

– Какого экономического эффекта стоит ожидать от его использования?

– Если производитель ювелирных изделий, сам того не подозревая, пробрел синтетический алмаз, поставил в изделие и продал по цене природного камня, а потом покупатель узнает, что у него синтетика и возвращает изделие, то это причиняет вред имиджу и наносит урон репутации. На недавней геммологической конференции в Москве один из профессоров МГУ рассказал, что сопровождал сделку Костромского ювелирного завода и оказалось, что 57% алмазов из партии, которая имела все сопроводительные документы, оказались синтетическими.

Блестящее падение

Почему богачи перестали покупать бриллианты, а драгоценности стремительно дешевеют

Мировой рынок алмазов ушел в пике — лидеры отрасли друг за другом отчитываются о снижении прибыли, в то время как близкий к отрасли рынок золота возвращает утраченные позиции. Причина проста — рынок завален небольшими и дешевыми алмазами. Избыток сырья потянул за собой даже уникальные камни, которые также начали дешеветь. Кризис перепроизводства серьезно ударил по всей индустрии — компании вынуждены пересматривать собственные стратегии, подстраиваться под рынок и закрывать целые рудники. Типичные проблемы для уникальной отрасли — в материале «Ленты.ру».

Поманило на дно

Лидеры алмазной индустрии один за одним отчитываются о снижении прибыли и объемов продаж. Продажи южноафриканской компании De Beers по итогам полугода рухнули на 500 миллионов долларов, а средняя цена за карат упала на 7 процентов. Перепроизводство уже внесло серьезные коррективы в работу мирового гиганта — компания намерена снизить производство, дабы сократить присутствие камней на рынке.

По итогам 2018 года компания продала в общей сложности 35 миллионов каратов, за половину 2019 года — всего лишь 15,6 миллиона, а цель на текущий год — 31 миллион каратов. В компании признают, что проблема в переизбытке алмазов на рынке, высоких остатках непроданных бриллиантов, а также торговой войне, которая создает риски неопределенности в экономике и не дает возможности богачам лишний раз раскошелиться на люксовые подарки.

Еще хуже дела у российской госмонополии «Алроса», продажи которой по итогам второго квартала упали на 22 процента. Невзирая на текущий кризис перепроизводства глава госкомпании Сергей Иванов-младший (сын бывшего главы администрации президента Сергея Иванова) мыслит десятилеткой — по его мнению, в ближайшие 7-10 лет нас ждет дефицит алмазов и, как следствие, дефицит бриллиантов.

Нелегальный торговец алмазами выставляет камни на продажу в Зимбабве

Фото: Goran Tomasevic / Reuters

«В течение семи лет рынок потеряет около 15 миллионов каратов алмазов, то есть более 10 процентов», — сказал он. Иванов связывает это с истощением действующих месторождений, а также сложностями с разработкой новых. Не прошел Иванов и мимо торговой войны, в которой он также видит риски снижения спроса на бриллианты. Вносить серьезные коррективы в работу компании не придется, так как крупнейший рудник «Алросы» — «Мир» — не работает в связи с трагическим затоплением в 2017 году, а компания во многом опирается на запасы, подбрасывая на рынок уникальные камни.

Падение прибыли зафиксировали и в австралийско-британском концерне Rio Tinto Group. Чистая прибыль компании в первом полугодии упала на 6 процентов — до 4,13 миллиарда долларов. Причина падения аналогичная — низкие цены на сырье и камни. Некоторые партнеры компании даже приостановили закупку сырья, ожидая, что цены на первичное сырье продолжат падение. Компания уже объявила о внесении значительных корректив в свою работу, главное из которых — закрытие крупнейшего в мире алмазного рудника Argyle в западной Австралии.

Читать еще:  Фондовая биржа для новичков

Ботсванский клуб покупателей

Избыток камней уже ударил по производству сырья, только по итогам первого полугодия 2019 года добыча алмазов упала на 4 процента. Закрытие крупнейшего рудника в мире однозначно увеличит объемы сокращения производства, да и конкуренты Rio Tinto не будут стоять в стороне, пытаясь нарастить эффективность.

De Beers, например, уже идет на уступки своим партнерам, причем настолько, что параллельно умудрилась развалить вековой «алмазный синдикат» крупнейших ювелирных домов, среди которых Signet Jewelers, Graff и Tiffany & Co. Долгосрочные контракты между компаниями предполагали, что De Beers продает им свои камни чуть ниже рыночной стоимости, делая таким образом этот картель выгодным для всех. Закрытые аукционы среди приближенных компаний проводились в Ботсване.

Фото: Carla Gottgens / Bloomberg via Getty Images

Однако обвал цен на алмазы привел к тому, что De Beers больше не смогла удерживать партнеров привлекательными ценами, наоборот, мировой алмазный гигант предлагал ювелирным домам камни по завышенным ценам. Это логично разозлило старых партнеров, и синдикат, который проводил закрытые торги камнями с 1890 года, просто развалился — рынок победил.

Уникальные среди избранных

Стоимость каждого алмаза зависит от его уникальности. Самые распространенные камни имеют белый и желтоватый оттенки, они же считаются и самыми доступными в плане цены, если в них нет ничего уникального. Самыми редкими и, соответственно, дорогими считаются камни красного, синего, зеленого и фиолетового оттенков. Под «особенностями» могут пониматься различные вкрапления в камень, которые сами по себе уникальны, а также наличие определенных свойств, таких как насыщенность цвета и флуоресцентность и, конечно, каратность. Для бриллиантов к этим характеристикам добавляется сложность огранки.

Флуоресценция бриллианта — это видимое свечение, проявляющееся под влиянием облучения ультрафиолетом. В некоторых случаях она может наблюдаться даже под лучами дневного света.

Один карат приравнивается к 0,2 грамма. Применяется в ювелирном деле для выражения массы драгоценных камней.

Уникальные камни компании зачастую придерживают, чтобы создать искусственный ажиотаж и, как следствие, продать подороже. Многие фирмы даже ведут тайные переговоры и договариваются о том, когда проводить аукционы своих камней, чтобы получить максимальную выгоду. Однако подобные меры хорошо работают с реально уникальными камнями, в то время как основное производство — это небольшие алмазы. Самый мелкий сегмент (до 0,3 карата), согласно данным одной из крупнейших торговых площадок RapNet, только за последние полгода рухнул в цене на 12 процентов, а если сравнивать с аналогичным показателем на июль 2018 года, то падение составило и вовсе 20 процентов.

Причем мелкие камни тянут за собой и крупные. Наглядно это стало видно по итогам майских торгов аукционных домов Sotheby’s и Christie’s в Женеве. Бриллиант весом 12,5 карата удалось продать всего за 68 тысяч долларов за карат, что оказалось почти на треть (27,5 процента) ниже ожидаемой цены. Один из брокеров на условиях анонимности рассказал, что некоторые покупатели не торопятся заключать сделки, ожидая дальнейшего падения цен.

Свободное падение

Переизбыток сырья, который называют причиной падения цен на алмазы и бриллианты, не до конца отражает реальное положение дел — есть еще несколько причин, почему рынок крупных алмазов сейчас находится в свободном падении. Развитие технологий позволяет компаниям находить крупные алмазы гораздо чаще, чем раньше, — они перестают быть редкими, что и делало их нереально дорогими.

Фото: Александр Уткин / РИА Новости

Еще одна причина — изменение структуры потребления состоятельных граждан. Во-первых, у бриллиантов сильные конкуренты в люксовом сегменте — от сумочек до спорткаров и яхт. Во-вторых, сами состоятельные люди уже не стремятся подчеркивать собственную успешность подобными показными атрибутами. Наконец, кризис 2008 года многих научил быть менее расточительными, а в условиях экономической неопределенности люди не планируют делать столь дорогих трат — отсюда и падение спроса.

«Единственные американцы, кто демонстрирует дорогие вещи, — это рэперы или звезды телешоу, а состоятельные люди им подражать не хотят. Обеспеченные люди отказываются выставлять свое состояние напоказ», — отмечает Элизабет Остин из Diamond Runway, которая выступает посредником между продавцами бриллиантов и покупателями. Из-за возникшей в обществе неопределенности у поставщиков на руках остается много камней.

Спасательный круг

Поддержать цены и сократить предложение на рынке должны как раз такие меры, как закрытие Argyle, — аналитики уверены, что это поддержит рынок. Помимо массы малозаметных коричневых и желтых алмазов, этот рудник известен редкими розовыми камнями, именно на Argyle добывается 90 процентов розово-пурпурных камней, представленных на рынке.

Например, в 2017 году бриллиант, вырезанный из необработанного алмаза этой категории, – Pink Star — был продан за рекордные 71,2 миллиона долларов, эксперты признали его самым дорогим драгоценным камнем, когда-либо проданным на аукционе в Азии.

Бриллиант Pink Star продан за рекордные 71,2 миллиона долларов

Фото: Tyrone Siu / Reuters

В 2018-м был установлен мировой рекорд по цене за карат для розовых бриллиантов: камень Pink Legacy продали за 50 миллионов долларов (средняя цена за карат составила порядка 2,6 миллиона долларов). Предыдущий ценовой рекорд на розовые бриллианты был поставлен в ноябре 2017 года на аукционе в Гонконге. Тогда гораздо меньший камень в 8,41 карата был продан почти за 18 миллионов долларов.

Rio Tinto не будет закрывать рудник навсегда, наоборот, из него планируют выкачать все, но позже. На текущий момент его запасы оцениваются в 150 крупных камней, которые можно выгодно продать. Как и в «Алроса», в Rio Tinto не видят больших проблем, гендиректор компании Арно Суара настаивает, что за последние 20 лет уникальные розовые камни выросли в цене на 500 процентов и продолжают расти. Тем не менее на Argyle приходится и значительная доля тех самых небольших, невостребованных рынком алмазов, стоимость которых не превышает 25 долларов за карат.

Действия крупных игроков на рынке алмазов напоминают меры по сокращению добычи нефти, на которые вынуждены были пойти члены Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Напуганные обвалом мировых цен на нефть, они пошли на беспрецедентные меры по сокращению производства, что помогает удерживать цены от обвала уже несколько лет. Причем союз был настолько беспрецедентным, что к нему присоединились даже страны, которые никогда не входили в ОПЕК, например, Россия. Тем не менее члены соглашения уже теряют свою долю рынка во многом благодаря наращиванию мощностей странами, которые не брали на себя никаких обязательств, в первую очередь США. Рынок алмазов может постигнуть примерно та же участь.

Скрытая угроза

Избыток алмазов бьет не только по добытчикам и продавцам, но и по огранщикам. Более 90 процентов рынка огранки приходится на Индию, из-за перепроизводства мелких алмазов маржа местных мастеров огранки резко упала. В итоге многие мануфактуры и заводы просто отказались принимать мелкие камни, сократив рабочее время сотрудников, — обработка подобных камней рухнула на 50 процентов. В общей сложности индийские мастера проигнорировали сырья примерно на 4,3 миллиона долларов.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector